17 (4) июля 1918 г.

Мученическая кончина

императора Николая II, императрицы Александры,

царевича Алексия, великих княжон Ольги, Татианы, Марии, Анастасии

и верных слуг их

(† 1918)

Цареубийство - эксцесс революции?

В июле 1918 года, в Екатеринбурге, было совершено гнусное и подлое злодеяние, которое навсегда останется черным пятном в истории человечест-ва — это убийство Императора Николая II и его семьи.
Последний православный император был убит теми богоборческими силами, которые за 19 веков до того распяли Иисуса Христа. Здесь вопрос стоит не о личностях, а о сатанинском заговоре, который, развиваясь как ра-ковая опухоль, захватил своими смертоносными щупальцами огромную страну. В подвале ипатьевского дома произошло не только жуткое преступ-ление, но кульминационный акт мистической трагедии, где Государь стал одновременно жертвой и победителем, где царственная семья была короно-вана мученическими венцами. Некоторые люди, в том чис-ле священнослужители, не могут осознать величие подвига и христианского благородства души императора, принявшего с непоколебимым мужеством, кротостью и покорностью воле Божией, ту чашу страданий и унижений, о которой ему было давно предвозвещено. В сиянии его жертвы открылась черная бездна, в которую влекли цареубийцы несчастный и ослепленный на-род.
Мученичество — это подражание и уподобление Христу. Мученик становится причастником страданий Спасителя и пьет огненное питье из Его таинственной чаши: «Чашу, которую Я пью, и вы будете пить». Подвиги му-ченичества разнообразны. Но в жизни императора Николая, уже ставшей жи-тием, особенно явственно выступают силуэты Голгофы. Это вовсе не сравне-ние царя Николая с Господом. Даже величайший из святых Иоанн Креститель говорил, что он недостоин развязать ремня обуви Христа. Здесь другое, — промыслительное сходство, которое должно указать на сокровенную глу-бину мученического подвига царя.
Когда Христос незадолго перед Своими страданиями смотрел с верши-ны горы на Иерусалим, — священный город, окруженный мощной крепост-ной стеной, с башнями, подобными утесам, — и храм, казавшимся паломни-кам золотым цветком, выросшем на уступе горы Морея, то Его глаза напол-нились слезами. Он видел Своим божественным взором страшную участь Иерусалима: город, залитый кровью и лежащий в развалинах, как в каменной гробнице; груды мертвых тел на улицах и площадях, покрытых как черным саваном пеплом от пожарищ; одинокий остов сожженного храма и стаи во-рон, клюющих трупы на месте Святая Святых. Он плакал о Иерусалиме, ко-торый отверг и предал на смерть своего Царя.
Последний император плакал о России, которая поверила врагам Хри-ста, и приготовила себе страшную участь. В Гефсиманскую ночь Господь был оставлен учениками. В февральский день император был оставлен своим народом, и теми, кому доверял и считал друзьями. Толпа в претории Пилата кричала: «Не знаем другого царя, кроме кесаря». Император Николай слышал те же крики: «Мы не знаем другого царя, кроме свободы». Народ избрал, как некогда разбойника Вараву, жестоких кесарей революции. Хри-стос восходил на Голгофу, держа на себе крест и изнемогая под его тяжестью. Император сходил по ступеням ипатьевского дома — к своей Голгофе — держа на руках больного сына. Ступеней было столько — сколько лет его царствования, как бы знак того, что его Голгофа началась со дня коронования. Христос был осужден на смерть как царь Иудейский. Римские воины одели Его в багряную мантию, вложили в руку трость как скипетр, одели на главу венец, и издевались над Ним, как над пленным царем. Христос сказал на суде Пилату: «Царство Мое не от мира сего». Царство, отрекшегося от престола императора, стало царством «не от мира сего». Но богоборцы хотели, чтобы память о нем не осталась в душе народа. Вина Христа была написана на кресте «Царь Иудейский». Вина императора написана на скрижалях истории «Царь Российский». Но истинная вина заключалась в том, что перед лицом смерти он оставался царем христианским.
Участь России была подобна участи Иерусалима. Потоки крови напаяли землю плененной России в течение многих десятилетий. Смерть царя и его семьи была ритуальной жертвой. Она была тенью Голгофы. Христос на Кресте молился за своих врагов; император молился за народ, отвергнувший его, и завещал не мстить убийцам.
До сих пор для многих неясен и не разрешен вопрос: была ли казнь царя и его семьи ритуальным убийством, или же эксцессом революции и поли-тической акцией? Этот вопрос имеет ключевое значение для понимания со-вершившихся событий. Какие силы устроили революцию? Имеет ли она мис-тическое основание? Вынашивались ли эти планы в оккультных союзах, имевших свой культ и обряды? Действовали ли здесь антихристианские, де-монические силы? Или же революция это социальное явление, болезненный переход от одной политико-экономической структуры к другой, который не происходит без поломок и перегибов?
Существует закон криминалистики: чтобы раскрыть преступление, надо определить, кому оно нужно. В советское время учили, что убийство царя носило политический характер и никакого отношения к религии не имело; царя казнили для того, чтобы монархия не была восстановлена, а так как на Екатеринбург наступал чехословацкий корпус, то эта угроза приобретала ре-альный характер. Поэтому, решение было продиктовано условиями сложив-шейся ситуации, так сказать, «необходимостью момента». Решение было принято местной властью и спешно приведено в исполнение, а центральное правительство о нем ничего не знало. Получается, что во всем виноват чехо-словацкий корпус; и если бы не он, то царская семья осталась бы живой и не-вредимой под заботливой опекой большевиков.
Нас не удивляет заговор лжи, который начался при жизни царя и про-должается после его смерти. Революция, проходящая под лозунгами свободы, превращается в диктатуру власти и монополию лжи. Странно то, что в эту ложь продолжают верить не только современные безбожники и «попутчики» Церкви, но часть священнослужителей.
Первая ложь. Государь, с его семьей были осуждены на смерть вовсе не местной властью, как это было объявлено, а высшей элитой кремлевского правительства тогда, когда не только наступления на Екатеринбург чехосло-вацкого корпуса, а самого корпуса еще не существовало. Кто были эти люди уже достаточно известно, и перечислять имена палачей России не стоит. Их главной задачей было разрушение христианства, и эту цель они осуществляли последовательно и твердо, с необычайной жестокостью. Теперь обнаружены и опубликованы засекреченные и зашифрованные документы о распоряжении убийства царя, посылаемые из Москвы в Екатеринбург.
Вторая ложь в том, что существовала угроза реставрации монар-хии. Царь был оставлен всеми. Войско изменило ему. Высшее военное ко-мандование, кроме нескольких генералов, потребовало отречение царя. Даже последнее обращение императора к армии было от нее скрыто. Значительная часть крестьянства видело в свержении царской власти возможность захва-тить помещичьи земли, что обещало им революционное правительство, впо-следствии разорившее деревню, и превратившее крестьянство в крепостное сословие и безземельный пролетариат. Белое движение проходило под зна-менем республики и демократии. Казачество также отступило от царя, желая самоуправления, наподобие запорожской сечи. Царь, добровольно отрекшись от престола, не мог быть опасным для каких либо политических сил. Надо помнить, что царь не упразднил монархию своим отречением, а передал власть своему брату Михаилу, но тот, оставленный без поддержки войска и народа, не принял короны.
Кого могли бояться цареубийцы? Неужели царевича Алексея! — ре-бенка, болевшего неизлечимой болезнью? Кто мог заступиться за царя и его семью, — Антанта или союзная с ней Америка? Но на политическом пульте этих стран уже лежала рука, которая разрушала Россию. Ни одна страна не предложила политического убежища императору и его семье. Даже англий-ский король, двоюродный брат царя Николая, поспешил заявить, что их при-езд в Англию не желателен, хотя царь и не просил об этом. После революции в Германии император Вильгельм был выслан из страны, можно сказать, с почетом. Его никто не судил, хотя он был главным виновником войны, кото-рая привела Германию к поражению. Российский царь, за которым не на-шлось ни одного преступления, который добровольно отказался от власти, был подло казнен.
Какую политическую опасность представляли царевны — юные де-вушки, младшая из которых была почти ребенком? Их смерть могла бы ско-рее показать демонический лик революции и вызвать негодование как внутри страны, так за ее пределами. С политической точки зрения это был проиг-рышный и ошибочный шаг. Но люди, убившие царя, вернее те, кто направля-ли их руку, преследовали свои демонические цели. Семья царя была расстре-ляна и заколота штыками, и была уничтожена вместе с теми, кто отказался покинуть пленников. Из ипатьевского подвала никто не ушел живым. Даже щенка, которого держала на руках Анастасия, расстреляли как преступника.
В сатанинских культах одним из главных ритуалом является человече-ское жертвоприношение. По учению оккультистов, такие жертвы дают воз-можность привлечь к себе демонические силы, и создать поле для их разру-шительных действий. Убийство царя и его семейства дало возможность сата-нинским силам действовать в пространстве страны, отдавшей в руки убийц помазанника Божия.
Царь, в мистическом плане, является представителем своего наро-да. Убийство царя стало убийством народа.
Тела царя и его семьи были тайно сожжены и уничтожены с такой тща-тельностью, словно от этого зависела судьба революции. Жертва была уст-роена по образу «жертвы всесожжения», но принесенной не Богу, а демонам. Царь должен был остаться не погребенным: поэтому, что не смог сжечь огонь, — уничтожила известь. Подробностей Екатеринбургской демономаго-рии вряд ли узнает история, она откроется в вечности. Но побоище, унесшее миллионы жертв, свидетельствует о том, какая сила убила царя, какие «неви-димки» стояли за спиной его палачей. Неужели кровавые оргии, заставившие страну биться в судорогах боли в течение десятилетий, — только перегибы в работе ЧК и других карательных организаций, больше похожих на тайные ордена «ночных кинжальников», чем на органы государственной безопасно-сти?
Надругательство над святынями также составляет ритуал черной магии и приобщения к сатане. И здесь мы видим совершенно бессмысленное, с по-литической точки зрения, гонение на Церковь: разрушение храмов, разорение монастырей, убийства священников и монахов, самые изощренные кощунст-ва, как будто ад выплеснул свои черные волны на землю. Людей не просто убивали, их пытали самим жутким образом, загоняли в лагеря смерти, где сама жизнь была страшнее расстрелов. Какой политической «пользой» можно объяснить превращение монастырей в тюрьмы, а монашеских келий — в застенки. Там, где славилось имя Бога, должен сатана править свой кровавый бал; звуки молитв в келиях — смениться воплями и криками пытаемых жертв.
Чем объяснить садизм, как массовую одержимость, который проявился не только во время революции, но продолжался десятки лет после нее? Какую цель ставили перед собой те, кто упражнялись в самых гнусных кощунствах — превращая храмы в театры и общественные туалеты так, чтобы осквернить то место, где стоял престол и совершалась евхаристия?
Такие действия относятся уже не к философии марксизма, а к самым настоящим ритуалам черной магии, где осквернение святынь, особенно евха-ристических тайн, считалось средством вызова сатаны и получения его по-мощи.
Нам говорят о том, что в подвале ипатьевского дома не был совершен ритуал, следовательно, нельзя говорить в прямом смысле о ритуальной жерт-ве. Однако ритуальное жертвоприношение совершается строго конспиратив-но, в присутствии только членов сатанинского союза или секты — посторон-ним вход не доступен.
В подвале ипатьевского дома был совершен заключительный акт ри-туала, где пьяные красногвардейцы являлись только исполнителями казни, как некогда римские воины — на Голгофе. Тела мучеников были уничтожены с тщательностью, предписываемой черной магией. На стене подвала, залитого кровью, появилась надпись, возвещающая падение Вавилона и убийство рабами своего царя.
Теперь находятся люди, которые хотят доказать, что смерть царя это не деяние сатанинских сил, а эксцесс революции. Эти люди, внешне примирив-шиеся с канонизацией царской семьи, хотят лишить в глазах народа славы мучеников последнего русского царя, царицу, наследника-царевича и четырех царевен, и заставить современников забыть о тех демонических силах, или, если угодно, существах, которые вовсе не убраны с дороги истории, а только затаились и дожидаются своего часа.

Архимандрит Рафаил Карелин. Из книги "О вечном и преходящем"

Художник Павел Рыженко

Картина художника Павла Рыженко

Вернутся в список дня

Вернуться в список месяца

Посмотреть все события за год